Секс. До и после

В центре повествования оказываются три истории, где сексуальный акт становится не самоцелью, а скорее отправной точкой или кульминацией сложного переплетения человеческих отношений, договоренностей и внутренних конфликтов. Первая новелла разворачивается вокруг давней дружбы между мужчиной и женщиной, которая, казалось бы, достигла такого уровня доверия, что он без колебаний соглашается помочь ей осуществить мечту о материнстве. Идея завести ребенка «по дружбе», минуя романтические отношения, кажется им обоим современным и рациональным решением. Однако за видимой простотой и ясностью договора скрывается глубоко продуманная стратегия одной из сторон, превращающая акт зачатия из жеста дружеской поддержки в инструмент манипуляции и обретения неожиданной власти. Эта история исследует, как самые близкие и доверительные связи могут быть пересмотрены в момент, когда физическая интимность используется для достижения скрытых, а иногда и безжалостных целей. Две другие линии углубляются в сферу личных принципов и их столкновения с реальностью. Одна героиня, убежденная веганка, чья жизнь подчинена строгой философии, неожиданно сталкивается с человеком, заставляющим ее усомниться в последовательности собственных убеждений. Случайная встреча и вспыхнувшее влечение ставят перед ней мучительный вопрос: можно ли отделить этику потребления от этики человеческих, телесных отношений? Противоречит ли физическая близость с тем, чей образ жизни не совпадает с твоим, моральному кодексу, или же это область совершенно иных компромиссов? Параллельно развивается история спора, начавшегося на публике между мужчиной и женщиной. Их идеологический поединок на тему современного феминизма, полный острых формулировок и взаимных претензий, неожиданно находит свое продолжение в приватном пространстве. Но это не банальное примирение, а скорее продолжение диалога на ином языке, где женщина сознательно берет на себя роль активной стороны, стремясь ни в коем случае не оказаться в положении обязанной или зависимой, тем самым оспаривая традиционные паттерны поведения. Все эти сюжеты объединены общим взглядом на интимность как на сложный ритуал, вокруг которого вращаются вопросы долга, свободы, манипуляции, искренности и постоянного переопределения границ между личным и межличностным.